Авторские статьи Лирика

Субботнее, или Встретимся на Манхеттене

В продолжение про «американского ястреба».
Да, я люблю Америку и не скрываю этого. Это первая любовь, и она всегда будет со мной.Я полюбил ее лет в 8-9, когда только начал понимать, что есть другие страны, и что они разные. Меня никто этому не учил.

Я не знал, что в Конституции США написано, что каждый Человек рожден свободным и имеет право на стремление к счастью. Но я верил, что так должно быть.

И я не знал еще ничего об Украине.
Я родился и рос в тоталитарном государстве, где интересы государства превыше всего. Где каждый Человек — щепка, пыль, удобрение для «большой идеи», а на самом деле — «большого развода».
Во мне с детства жило чувство нетерпимости к несправедливости. И наверное я как-то подсознательно чувствовал, что есть на Свете место, где люди свободны и могут быть свободными и счастливыми.
Я — фаталист. Поэтому это была моя судьба, это была моя звезда, которая вела меня по жизни, пока я не оказался в Америке.
Правда, мой Папа слушал «голоса», и я всё об Америке узнавал оттуда. Хорошее всё. Потому что в СССР об Америке говорили только плохое.
Расскажу вам смешной случай. Я был политинформатором в классе (наше поколение помнит). Так вот на одной из политинформаций я начал рассказывать своим 6-классникам о том, сколько времени нужно американским Першингам и Трайдентам, чтобы долететь из Европы и уничтожить СССР. И о том, что наши СС-20 и 30 им никак не смогут помешать это сделать. Наша классная была в шоке от услышанного.

Потом на призывном пункте в армию я познакомился с Андрюхой. Он тоже был американист и западник. Но знал и любил Свободный мир больше через музыку, а не через политику. У него был старший брат-меломан. И у них было дома много настоящего винила. Он любил Genesis с Гэбриэлом и Коллинзом очень. Но и всё остальное — АсДс, Пёрпл, Флойд и так далее.
И мы с ним в армии мечтали, как мы прилетим в Америку после дембеля, как сойдем в JFK с трапа. И Андрюха в шутку говорил, что сразу возле трапа поцелует землю. Он был очень смешной.
А этажом ниже нашей роты располагалась авто-рота. И там хлопцы нашего призыва все были из Самары и Тольятти и все почему-то «мурчащие». Не знаю, как так получилось, что все они собрались в одном месте, но это было очень прикольно. Так вот у них в роте по ночам был чуть ли не филиал исправительной колонии. Там проводились специфические пластические операции (кто служил — понял о чем я), набивались наколки. У них была тату-машинка, сделанная из электробритвы Харьков. И Андрюха наколол себе на всё плечо Статую Свободы. Я тоже хотел после него, но как-то что-то не получилось потом.

Так вот, про Штаты. Когда я попал туда впервые, то я сразу почувствовал, что я — дома. Этот воздух свободы, эти разноцветные люди, эта простота и открытость — ты сразу либо принимаешь это, либо нет. И любишь.
Я люблю Америку.

Конечно, потом появилась Украина. И это уже не первая любовь. Это — зрелая любовь. На всю жизнь. Но первая любовь всегда остается в сердце, и приятное теплое чувство ты носишь с собой до конца.
Жаль, что Андрюха никогда не увидел и не увидит Манхеттена. Я уверен, что там он был бы дома со своей наколкой.
Андрей, эта статья для тебя.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

пять × три =